Смоленщина. XVIII век

Первые цифирные школы

Гарнизонные школы

«Градские школы»

Указ Екатерины Великой

Открытие главного народного училища в Смоленске

Учебный план

Учителя, директора

Открытие малых народных училищ в уездных городах

Л.Ф. Людоговский - последний директор главного народного училища

Частные школы в городе Смоленске

Источники

Главная

Л.Ф. Людоговский - последний директор главного народного училища

    Продолжительная и весьма плодотворная деятельность этого замечательного человека понуждает нас отвести ему почетное место на страницах истории Смоленской гимназии.
   Лев Федорович Людоговский родился 18 февраля 1761 года и происходил из старинной дворянской фамилии, записанной в шестую часть генеалогической книги Смоленской губернии и ведущей свой род от некоего Мартина Людоговского, которому польским кролем Владиславом IV пожаловано было небольшое имение в Смоленском воеводстве. Отец его, Федор Петрович, был протоиереем и одним из ктиторов первого каменного в Рославле соборного храма во имя святого Благовещения Божьей Матери и одновременно состоял смотрителем единственной тогда  в этом городе так называемой «русской» духовной школы. В этой школе, вероятно, и получал свое первоначальное образование Лев Федорович, а затем продолжал его в Смоленской духовной семинарии. По преданию, сохранившемуся в семье его потомков, «до 16-летнего возраста он казался тупицею, но потом вдруг развился и окончил курс семинарии одним из первых». На него обратил внимание преосвященный Парфений, тогдашний епископ Смоленский и Дорогобужский (1761-1795 гг), который по словам первого смоленского историка священника Н.А. Мурзакевича, «любя науки и покровительствуя им, для введения в семинарию изящных (светских) наук посылал на отчет  своем» в Московский университет лучших воспитанников, которые впоследствии были в ней первыми преподавателями математики, истории, географии и языков греческого и французского.
   Лев Федорович отправлен был в Москву 18 августа 1780 года, вскоре после открытия при университете «педагогической семинарии» (13 ноября 1779 г) трудами знаменитого московского профессора – мистика И.Г. Шварца, задумавшего  учредить обширный рассадник воспитателей юношества и вместе с тем переводчиков-писателей, которые бы принесли пользу русской словесности». Назначенный инспектором этой семинарии, Шварц «повторил с семинаристами публичные лекции и показывал методы учить и учиться». Тогда же он вместе с Н.И. Новиковым, горячим ревнителем просвещения в России, и другими друзьями, будущими членами «Дружеского Учебного Общества», вошел в отношения с начальством духовных семинарий и академий, предлагая присылать в Москву своих питомцев для продолжения образования их в университете за счет предполагавшегося общества.
   В этой педагогической семинарии  главным предметом преподавания была идеалистическая нравственно-религиозная философия, имевшая в своем основании веру, мистицизм и резко противопоставленная освободительному  рационалистическому учению французских энциклопедистов, как Вольтер, Дидро и др. Восторженные лекции по этой философии читал своим питомцам сам Шварц. Влияние его на них было громадное: распятие и бюст Шварца были в комнате каждого студента семинарии.
   В июне 1783 года Людоговский окончил  университет с золотой медалью «за преимущественное пред прочими сочинение диссертации из философского факультета» (как сказано в его аттестате). «Педагогическая семинария»  Шварца и Новикова должна была иметь громадное значение при окончательной выработке убеждений, характера и вообще склада личности Льва Федоровича. Известно, например, что получивший  образование и воспитание в этой же семинарии в одно с ним время,  вышеупомянутый нами, М.И. Невзоров, один из лучших учеников Рязанской семинарии, вполне подпал под влияние того  направления, которое там господствовало, навсегда усвоил царившие там идеалы и до конца жизни оставался им верен. Вера, возвышенная любовь к человечеству, неудержимое стремление к высоконравственной жизни и просветительной деятельности на ее основах – вот те идеалы, которые должен  был воспитать в себе Лев Федорович, как примерный питомец – лауреат университетской «Педагогической семинарии», и с которыми он выступил на арену гражданской деятельности и служения Родине.
   По окончании  университета, Людоговский возвратился в Смоленск и с 15 сентября 1783 года вступил в отправление обязанностей учителя риторики, математики и французского языка в родной семинарии. До нас не дошло никаких данных о педагогической деятельности его в этом учебном заведении. Мы знаем только, что он прослужил здесь всего 4 года, а затем, 18 октября 1787 года, был зачислен «для исправления письменных  дел» в штат знаменитого основателя и главного куратора Московского университета И.И. Шувалова, при котором потом (с 1-го мая 1790 года) в течение 5 лет  состоял личным секретарем.
Надо  полагать, что Лев Федорович был так скоро отвлечен от педагогического дела к канцелярскому самим Шуваловым, который ранее мог знать его лично, как одного из лучших студентов университета, и затем вспомнить при вышеупомянутом посещении Екатериной II Смоленска в январе 1787 года, когда сопровождал императрицу в тогдашнем путешествии ее в Крым. Во время остановки в этом городе государыня вместе с лицами своей свиты посетила, между прочим, духовную семинарию, где ее приветствовали пышными речами и виршами воспитанники и преподаватели; в числе последних был, вероятно, и Людоговский, как наиболее образованный среди тогдашнего педагогического персонала.
   Вернувшись в Москву и занимаясь при Шувалове университетскими делами, Лев Федорович вновь близко сошелся с членами Дружеского Ученого Общества  и со своими товарищами по образованию  в университете, как: А.А. Прокопович – Антонский, в то время инспектор Благородного пансиона, М.И. Антоновский, председатель «Собрания университетских питомцев», С.И. Спешницкий, М.И. Невзоров и другие; был членом и постоянным посетителем различных ученых и литературных кружков. В этот период своей жизни  он написал много сочинений, которые, к сожалению, остались в рукописях и в 1812 году, во время французского нашествия, погибли. В числе них были записки об ученых собраниях при Московском университете, а так же воспоминания о придворной жизни при Екатерине II и Павле I, с которою знакомил его, как своего личного секретаря, И.И. Шувалов. К этому же времени относится единственно известный нам печатный труд Людоговского: «Географический Словарь Нового Завета, содержащий  в себе по азбучному порядку описание земель, областей и других географических предметов, находящихся в Новом завете, с показанием древнего и нынешнего их состояния, с 3 картами». Названия в «Словаре» расположены по  алфавиту, и при каждом из них приводятся ссылки на места священных книг, в коих они упоминаются. По отзыву компетентного лица, «Словарь» этот был «для своего времени составлен очень недурно». Любопытно, что лев Федорович и впоследствии не забывал  этого труда и, как видно из принадлежащего  его внуку С.Н. Людоговскому экземпляра, постоянно дополнял и исправлял его, как бы подумывая о втором издании книги. Видимо, чтение и изучение книг Священного Писания было любопытным его занятием. Возможно также,  что названное сочинение представляет  дальнейшую разработку его студенческой диссертации, за которую, при выходе из университета, он был  награжден золотой медалью.
   От Шувалова, по рекомендации последнего, Лев Федорович перешел в 1795 году  (1-го августа) секретарем же к адмиралу Н.С. Мордвинову, который с этих же пор полюбил его, как «добросердечного человека». Знаменитый поборник  освобождения крестьян был в  это время  председателем в Черноморском Адмиралтейском Правлении в Николаеве и командиром Черноморского флота и портов, и Людоговскому, между прочим, пришлось сопровождать своего начальника в поездке его из Николаева на Лиман и по Черному морю до Севастополя и обратно (июль-август 1796 г.) на фрегате «Счастливый». В своей оправдательной записке 1797 года по поводу сделанного на него доноса, адмирал упоминает о Льве Федоровиче в следующих выражениях: «Сей Людоговский есть благовоспитанный человек, коего  И.И. Шувалов удостоил почитать себе другом и дал мне, по слабости здравия его, в теплейшую страну, и я почитаю его премного». Это уважение  и благоволение  Мордвинова к Людоговскому продолжалось неизменно и во всю последующую жизнь  Льва Федоровича.  Так, когда после войны 1812 года, Мордвинов узнал о «великих нуждах» первого директора Смоленской гимназии, совершенно   разоренного французами, он тот час ( в декабре 1813 года) прислал ему 1000 рублей из личных средств  и предлагал ему  поселиться в одном из своих имений, а в 1815 году выхлопотал через князя А.Н. Голицина, министра духовных дел и народного просвещения, известного мистика, и казенное пособие в той же сумме. Еще ранее, в 1804-1805 годах, своим влиянием он помог Льву Федоровичу оправдаться  перед министерством от интриг и ложного доноса на него о неблагонадежности со стороны тогдашнего смоленского военного губернатора С.С. Апраксина.
С вызовом  Мордвинова в Петербург  Людоговский оставил службу в Черноморском Правлении  и переехал вместе с адмиралом в столицу, где 1 марта 1798 года занял место правителя канцелярии в Главном начальстве Государственного Вспомогательного для дворян  Банка. Здесь, однако, Лев Федорович оставался надолго: вследствие вообще плохого здоровья  он не мог вынести петербургского климата и уже в следующем году (6 апреля) поступил на службу по учебному ведомству, назначенный, при содействии Мордвинова, директором училищ Смоленской губернии.  Перед этим он решительно отказался от «люкративной» (доходной) должности вице-губернатора, которую ему предлагал влиятельный в то время откупщик Перетц, и предпочел ей более скромную сферу педагогической деятельности, хорошо знакомой ему по первым годам службы в Смоленской духовной семинарии.
   С этих пор и вплоть до выхода в отставку, в течение 35 лет, Лев Федорович беспрерывно  служит в родной губернии, подвизаясь  на славной ниве народного просвещения, тогда там едва зародившегося. Многое в живой постановке  ответственного дела образования и воспитания зависело от его личности, и  можно смело сказать, что никто не только из прежних смоленских директоров, но  даже из всех последующих  не сделал так много для нашего края, как этот воспитанник  «педагогической семинарии» Шварца и Новикова и бывший секретарь Шувалова и Мордвинова. Как человек редкой по тому времени образованности, он явился чрезвычайно  ценным приобретением для тогдашнего общества в Смоленске, где до него учебным делом ведали дворянские заседатели Приказа Общественного Призрения, по большей части из отставных  военных или же чиновники губернских учреждений: люди сомнительного образовательного ценза и во всяком случае без должного педагогического опыта. Мы уже видели, как туго и медленно развивалось при таких руководителях учебное дело, и отметили, с каким умением и энергией вел его Лев Федорович в первые пять лет своего управления Смоленскою дирекцией училищ, до преобразования их по уставу 1804 года. Тою же энергией и ревностью отличалась, как увидим далее, и вся последующая его служба, особенно же, когда на его долю выпало пережить тяжкое испытание неприятельского нашествия со всеми его ужасами и последствиями.
   Насажденное им в Смоленском крае дело народного просвещения, едва успевшее пустить ростки, в 1812 году разрушено было до основания страшным погромом Наполеона, но его постоянной заботливости были обязаны как Смоленская гимназия, так и другие учебные заведения губернии относительно скорым восстановлением. За время его директорства были открыты почти во всех уездных городах    и даже в некоторых селах разные училища; его стараниями многие из них приобрели в собственность и пользовались значительными пожертвованиями. С одной стороны открытие училищ, как новинка, мода, возбуждало энтузиазм к ним во всех слоях общества, а с другой  и происхождение Людоговского из местных дворян значительно облегчило его задачу; к его чести надо отнести, что он разумно и с энергией использовал дух времени и другие благоприятные обстоятельства.
   Будучи известен университету еще с 1790 года, как секретарь при главном кураторе его Шувалове, Лев Федорович пользовался большим доверием попечителей Московского учебного округа и университетского Училищного Комитета, от которых неоднократно получал самые лестные одобрения и награды за свою ревностную и полезную деятельность. Ниже мы увидим, с каким горячим участием и любовью, отнесся к директору Смоленской гимназии, пострадавшему в годину разорения, попечитель округа И.И. Голенищев-Кутузов (1810-1816), бывший в дружеских отношениях с Людговским еще во время службы его  при университете. С тем же вниманием относился к Льву Федоровичу преемник этого попечителя, князь А.П. Оболенский (1817-1825), исходатайствующий ему за усердное служение алмазные знаки к ордену св. анны 2 степени, а по  отчислении смоленской дирекции училищ в С.-Петербургский учебный округ, давший о нем «весьма лестные отзывы» Д.П. Руничу, управлявшему тогда этим округом. А вот как аттестует Л.Ф.  вышеупомянутый профессор Н.А. Бекетов в своем донесении Училищному Комитету об осмотре учебных заведений смоленской губернии, произведенном им  в 1813 году, т.е. вскоре после разорения их французами: «Гимназия из своих учащихся доставила хороших студентов в Университет, нам, Медико-Хирургической Академии и довольно ученых офицеров в артиллерию и пехотные полки. При самом  вторжении неприятеля  в пределы России лучшие ученики по законному испытанию  принимаемы были в полки офицерами, к чему отменно способствовал опытный и благоразумный директор смоленских училищ лев Федорович Людоговский, с энциклопедическим понятием  о всех науках, преподаваемых в гимназии. Он особенно старается о надлежащем, ясном и точном преподании наставлений и соединяет все почти качества, нужные опытному любимцу муз и директору. По уверению господина гражданского губернатора смоленской губернии барона Аша, никто больше не любим и не уважаем всею губерниею, следовательно никто не может скорее и способнее восстановить надлежащего действия училищ, как Людоговский.
   И действительно, благодаря энергии Льва Федоровича, учебное дело в Смоленской губернии в течение 3-4-лет было восстановлено и приведено в образцовый порядок.  Интересно отметить, между прочим, что за 35 лет своего управления Смоленской дирекцией училищ из скудны средств, отпускавшихся на их содержание, он сумел составить сбережения до 100,000 рублей асс., за что получил  1000 рублей в награду, а по его примеру министерство народного просвещения  сделало распоряжение об организации экономических сумм во всех учебных заведениях. Устраивая по уездным городам  училища, часто ревизуя их и давая должное направление преподаванию наук, Лев Федорович с особенным вниманием и любовью относился к губернской гимназии. По преданию, он с самого открытия ее «постоянно следил за учением, утром рано (перед началом уроков) обходил классы и спрашивал учеников, как они понимают заданное, поправлял их, а с некоторыми и сам занимался у себя дома. Эту заботливость о питомцах гимназии он продолжал проявлять и по поступлении более способных из них в университеты, снабжая их денежными средствами и хорошими рекомендациями к профессорам, с некоторыми из коих был очень близок и вел постоянную переписку, особенно с А.А. Прокоповичем-Антонским, сверстником его по образованию и другом.
   «Часто собирая у себя на квартире учителей гимназии, Людоговский обсуждал с ними вопросы педагогики и, как человек с многосторонним образованием, превосходно знавший как древние, так и новые языки, много содействовал постановке гимназического преподавания на надлежащую высоту.  А насколько  полезны были его указания и как высоко стояло при нем в Смоленской гимназии учебно-воспитательное дело, об этом ясно свидетельствует «визитаторский» отчет профессора Ф.И. Чумакова, производившего ревизию гимназии в 1820 году и признавшего директора  «деятельнейшим  и благоразумнейшим начальником, а учителей «ревностнейшими подчиненными и хорошо знающими свое дело». На основании этого отчета Льву Федоровичу изъявлена была от Совета Московского университета признательность, как «примерному директору, неусыпным попечением которого учебные заведения,  потерпевшие разорение от нашествия неприятеля в 1812 году, приведены опять в благоустроенное состояние».  Эта признательность в 1832 году повторена ректором Московского университета И.А. Двигубским, по поводу донесения профессора Л.А. Цветаева, обозревавшего в тот год учебные заведения Смоленской губернии. В официальном письме ректора к Льву Федоровичу говорилось, что «Смоленская гимназия, под мудрым его управлением, всегда отличалась как внутренним устройством, так и примерными успехами обучающихся в оной». Сверх сего, результатом ревизии Цветаева было награждение директора чином действительного статского советника, а старших учителей: В.Ф. Еленева, А.П. Елоховского, И.Ф. Ляшкевича и В.В. Щировского, «известных университету  по своей долговременной и полезной службе» - денежными подарками от Высочайшего имени Государя императора по 500 руб. каждому.
   Очевидно, после разорения в тяжелую годину 1812 года и последующей затем реставрации, Смоленская гимназия, направляемая уверенной, осторожной и заботливой рукой гуманного и образованного директора, держала свой курс ровно, правильно, без задержек и толчков. «Для развития молодежи – писал нам об этом времени младший сын Людоговского, Николай Львович, тогдашний гимназист – устроен был домашний театр под руководством молодых учителей с университетским образованием, и организован хор певчих, который в праздники пел по церквям. Как театр, так и пение очень занимали воспитанников гимназии, и они с увлечением отдавали этому свое свободное время: нашлись между ними молодые люди с проблесками драматического таланта, живописцы для декораций и отличные голоса.  Гимназия считалась вообще  из лучших, и закончившие в ней курс при поступлении в университет экзаменовались только из древних языков.
   Заключительным  и важным фактором директорства Людоговского было преобразование Смоленской гимназии по уставу 1828 года, заблаговременно и основательно им подготовленное и совершенное 31 августа 1833 года с надлежащим торжеством.  После этого Лев Федорович только год оставался во главе учреждения, которому отдал более половины своей многополезной жизни.  4 августа 1834 года он, по расстроенному здоровью, вышел в отставку с пенсией в размере полного жалованья и вскоре переехал в Москву, где в то время был зачислен в студенты университета его сын Михаил Львович, только что окончивший с отличием Смоленскую гимназию.
   В Москве – рассказывает Н.Л. – отец возобновил знакомства со старыми своими товарищами и друзьями, профессорами университета, и был избран ими действительным членом ученого Общества истории   и древностей Российских. Из бывших учеников часто у него бывали: доктор С.П. Голубцов (впоследствии попечитель Одесского и Киевского учебных округов), В.П. Андросов, издатель хозяйственного журнала («Журнал для овцеводов»), Ф.А. Жадейко, директор Императорского  хутора («Студенец»). Вначале он следил за учением сыновей, за год до смерти ослабел и слег в постель.
   Умер Л.Ф. Людоговский 4 февраля 1838 года в преклонном возрасте – без малого 77 лет от роду и погребен на Ваганьковском кладбище, где рядом с ним похоронена и его жена Александра Петровна, урожденная Лайкевич ( умерла 11 ноября 1847 года, на 63 году жизни.).
   Память о Людоговском…..
   В архиве Смоленской гимназии нашлись черновой набросок краткой исторической записки о ней, писанной, по предписанию попечителя Московского учебного округа, в 1871  году покойным инспектором А.Л. Нилендером. Охарактеризовав Л.Ф. Людоговского по преданию, как человека светлого ума и душевной доброты, искренно и горячо радевшего об усовершенствовании учебного заведения и охранении питомцев в страхе Божьем, а потому строгого и подчас, где нужно, сурового исполнителя своего долга, автор записки приводит случай, как один бывший воспитанник  Смоленской гимназии, успевший дослужиться до генеральского чина, проездом через родной город, счел своим долгом явиться к маститому схоларху в полной парадной форме, чтобы принести сердечное благодарение за отеческое взыскание, поворотившее его на путь истины. «До сих пор – заключает эту характеристику Нилендер – образ Льва Федоровича не исчез из памяти Смолян, и в беседах с лицами всех сословий не услышишь ни малейшего  сомнения в его незабвенных заслугах и той пользе, которую  он принес делу общественного образования в Смоленске.
   Эти заслуги Людоговского, не оставались без одобрения и поощрения и со стороны высшего учебного начальства, неоднократно награждавшего его денежными выдачами, орденами и чинами. Даже после смерти Льва Федоровича дочери его получали пособие за долговременную службу отца. Наконец, по распоряжению министра Уварова, в актовой зале гимназии  помещен был портрет основателя и первого директора училищ Смоленской губернии.

© Гимназия им. Н. М. Пржевальского 2011 г.